От интеграции к инклюзии – новая задача педагогики

Почему тема инклюзии так актуальна?

В Германии Конвенция ООН о правах людей с ограниченными возможностями вступила в силу в марте 2009 года. Для образовательных учреждений особое значение имеют две статьи — «Дети с ограниченными возможностями» и «Образование», которые устанавливают право всех детей на образование в инклюзивных учреждениях. Таким образом, Германия взяла на себя обязанность создать инклюзивную систему образования, которая могла бы обеспечить всем детям социальное участие и равные возможности.

Что означает инклюзия? Чем она отличается от интеграции?

В профессиональной литературе нередко понятия интеграция и инклюзия используются в качестве синонимов. Несмотря на то, что основополагающие цели интеграции и инклюзии очень похожи, инклюзия имеет концептуальное отличие.

Интеграция означает «восстановление целого». Инклюзия — «принадлежность или включение», то есть здесь индивидуальность каждого человека рассматривается как норма, люди не делятся на группы в соответствии со своими особенностями.

В образовании инклюзия выступает за право каждого ребенка, независимо от индивидуальных достоинств и недостатков, участвовать в жизни общества наравне с другими и учиться в одном классе со сверстниками, а не в специализированных учебных заведениях.

При интеграции речь идет о принятии разницы между людьми. Инклюзия расширяет понятие интеграции людей с ограниченными возможностями и, в конечном счете, охватывает все аспекты их жизнедеятельности, учитывая индивидуальные особенности и потребности каждого человека.

В сфере образования принципы интеграции и инклюзии объясняются следующим образом:
Инклюзия — последовательное продолжение интеграции. Но если интеграция подразумевает принятие ребенка в существующую систему без кардинальных изменений этой системы, то инклюзия исходит из того, что право всех детей на совместное образование и воспитание нужно реализовывать, предварительно проведя ряд реформ. Например, все школы и детские сады должны быть оснащены таким образом, чтобы посещать и учиться в них мог каждый ребенок.

Образование всегда было избирательной и исключающей системой, именно поэтому внедрение инклюзии — задача не из легких. Перейти от интеграции к инклюзии можно только постепенно, на это потребуется немало времени. Важно в принципе изменить общественное сознание и политику самого образования, и тогда это приведет к радикальным переменам в системе поддержки людей с ограниченными возможностями. Каждый из нас может внести свой вклад в то, чтобы сфера образования и наше мышление стали инклюзивными, и тогда в будущем ни один ребенок не будет обделен из-за своего происхождения, родного языка, ограниченности, пола или возраста. Мы все должны научиться принимать как данность особенности каждого ребенка и тем самым обеспечить ему равные возможности в воспитании, образовании и обслуживании.

Тот, кто ступает на путь, ведущий от интеграции к инклюзии, должен понимать, что предпосылкой для инклюзивного образования, воспитания и обслуживания являются удачные процессы интеграции. Инклюзия базируется на многообразии, она не предусматривает разделение на группы, а напротив, принимает индивидуальность людей как норму. В немецкой системе образования коррекционно-педагогические услуги предоставляются лишь в том случае, когда специалисты подтверждают, что ребенок в них действительно нуждается. Но в этом случае любое интеграционное мероприятие предусматривает предварительное наклеивание на этого ребенка ярлыка. А это противоречит идее инклюзии. Потому что инклюзия должна снижать барьеры в игре, обучении и другой деятельности для всех детей, в том числе и с ограниченными возможностями, и тех, на которых наклеили ярлык нуждающихся в коррекционно-педагогической поддержке.

На примере этой дилеммы «наклеивания ярлыков и предоставления возможностей» становится понятно, что процесс инклюзии серьезно затрудняют определенные барьеры, и реализовать его можно лишь с их преодолением. Разнообразие форм помощи и открытость сотрудников педагогического коллектива могут значительно облегчить процесс перехода от интеграции к инклюзии. В будущем, скорее всего, возникнут новые формы, такие как детские и семейные центры и соседская помощь, которые еще больше облегчат процесс объединения детей и будут способствовать созданию единого общества.

Инклюзивное образование детей уже внесено в планы

В учебных учреждениях Баварии и Гессена уже учитываются самые важные параметры различия учащихся: возраст, пол, происхождение, культура и религия. Но при этом понятие инклюзии в школах и детских садах не употребляется. Специалисты рассматривают индивидуальные особенности каждого ребенка с точки зрения раскрытия его талантов и расширения способностей. В качестве основных принципов работы с индивидуальными различиями и культурно-социальным многообразием предусматриваются социальная интеграция, индивидуальное сопровождение и культурная открытость. Таким образом, образовательные учреждения борются с социальным исключением и предлагают всем детям равные шансы на учебу и развитие.

В группах, состоящих из детей с разными интересами, навыками и талантами учебный процесс можно построить так, чтобы он приносил пользу каждому ребенку. Со временем дети поймут, что совместно они могут добиться большего, чем каждый сам по себе, и что каждый из них может внести свой вклад в общее дело. Кроме того, дети с малых лет учатся распознавать и принимать свою собственную индивидуальность и индивидуальность окружающих. Совместные игры могут усилить мотивацию ребенка к достижению цели, к еще большим успехам. Это показывает следующий пример:

«Давай, Матиас, у тебя получится! Как жаль, опять мимо. Попробуй еще раз!» Такими словами четырехлетняя Илка подбадривает своего друга Матиаса. Она просит его ударить по мячу, который лежит перед ним на столе. Матиасу это нравится. Он смеется, и одновременно с этим его лицо выражает большую концентрацию. У Матиаса тяжелый тетраспастический синдром (скорее всего, имеется в виду Спастический тетрапарез). Ему требуется много сил, чтобы контролировать положение головы, но сделать это удается лишь на несколько секунд. Правая рука все время промахивается, проходя выше мяча. Вдруг его голова резко опускается вниз, бьет по мячу, и мяч катится со стола. Так же резко его голова поднимается вверх. Матиас сияет, а Илка ликует: «Браво, Матиас, тебе это удалось! Давай, попробуй еще раз!» Она кладет мяч на стол, и Матиасу действительно удается повторить свой «бросок головой». В этот день он выполняет его еще много раз, потому что Илка гордится достижениями Матиаса так же, как он сам.

Инклюзия начинается в головах: цель — это путь!

Когда мы думаем о детях с ограниченными возможностями, нам часто бывает нелегко отстраниться от стереотипов и увидеть самого ребенка, который на свой лад устанавливает контакт со своим окружением, близкими людьми и удовлетворяет свое любопытство. Здесь инклюзивное мышление рекомендует вновь и вновь сознательно отказываться от своей оценки и иллюзий, погружаться в мир ребенка и принимать его точку зрения. Алрун Шасток иллюстрирует это на примере повседневной жизни детского сада:

Трехлетний мальчик с белокурыми локонами пытается взобраться на башенку. С моей точки зрения, его рука невыносимо медленно нащупывает следующую перекладину лестницы, которую он все же обхватывает. Еще медленнее он поднимает левую ногу на следующую перекладину. Он кажется мне сонным и бессильным. Маленький мальчик ненадолго застывает в этом положении. Его правая рука хватается за следующую перекладину. Тут дело идет быстрее. Теперь должна последовать правая нога. Но мальчик вновь застывает в движении. Я больше не могу выносить этот замедленный темп. Мне хотелось бы помочь ему быстрее достичь своей цели. Ведь он наверняка отчаялся ползти наверх со скоростью улитки. Но вот я вижу его лицо. Он совершенно спокоен и собран. Он не улыбается, но его лицо кажется мне довольным. Я не подхожу к нему, а наблюдаю за тем, как он, практически вися на правой руке, ставит наконец-то обе ноги на следующую перекладину. В этот момент воспитательница кричит: «Адриан, иди сюда, мы идем обедать!» Адриан ничего не отвечает. По его лицу проскальзывает улыбка. Он медленно начинает спускаться вниз, для меня все еще мучительно медленно. Оказавшись внизу, он поворачивается и бежит туда, откуда его позвала воспитательница. Его бег неуклюжий и неровный. Он подволакивает левую ногу. Всего через несколько шагов он больше не может бежать и падает. И снова мое первое побуждение — подойти и помочь ему. Но Адриан уже поднялся сам и скрылся за углом.

Адриан — ребенок с ограниченными возможностями, один из многих, посещающих обычную группу детского сада. Никто — ни его родители, ни воспитатели не придают его ограниченности особого значения. Он не получает никакой особой поддержки. Его главное преимущество в том, что родители, воспитатели и другие дети в группе принимают его таким, каков он есть, понимают его и уважают. И именно это помогает ему учиться и развиваться.

От интеграции кинклюзии — выигрыш для всех

Согласно результатам международных исследований дети с ограниченными возможностями и без них получают пользу от совместного пребывания в детских садах, особенно в части речевого и социального развития. Но как точно узнать, эффективна ли инклюзия в детском саду?

На основании обширных исследовательских работ Михаэля Гуральника (2009 год) о социальном взаимодействии детей, можно прийти к выводу, что инклюзия эффективна в том случае, когда дети участвуют в процессе образования вместе, но при этом учитываются индивидуальные потребности и интересы каждого из них. Удачную инклюзию, в первую очередь, отличает то, что она делает возможными и поддерживает социальные отношения между всеми детьми, как с ограниченными возможностями, так и без них. При этом все дети могут самостоятельно определять, с кем они хотели бы взаимодействовать и дружить. Здесь нужно учитывать, что здоровые дети реже выбирают в партнеры для игр детей с ограниченными возможностями, а последние реже инициируют игровые контакты. Дети с речевой и моторной ограниченностью особенно зависят от поддержки взрослых в процессе налаживания дружеских контактов со сверстниками. Педагоги должны поддерживать совместную деятельность всех детей и противодействовать социальному исключению. Этого можно добиться, создав в коллективе атмосферу взаимного уважения, где поощряется понимание индивидуальных достоинств и недостатков, а разнородность воспринимается как путь. Специалист должен выявлять способности каждого ребенка и наблюдать за групповым процессом. Благодаря этому он сможет узнать, когда тот или иной ребенок перестает участвовать в жизни коллектива или нуждается в поддержке, и при необходимости может помочь ему завязать или сохранить социальные контакты. В роли сочувствующего партнера по играм и посредника, который вступает в игру по приглашению ребенка, он может незаметно наладить отношения и контакты в группе.

Инклюзия: родители как важные партнеры

Зачастую дети с ограниченными возможностями и их родители приходят в детский сад, не имея опыта посещения инклюзивного учреждения. Чем младше ребенок, тем чувствительнее могут реагировать родители на его ограниченность, так как у них еще не завершился процесс переживаний, связанных с тем, что их малыш не такой, как все. С другой стороны, многие мамы и папы всерьез настроены на работу, которая минимизировала бы ограниченность ребенка. Стремясь поддержать его, они делают ставку на многочисленные терапевтические мероприятия, в надежде «сделать» дочь или сына нормальным и ничем не отличающимся от сверстников. При этом профессиональные знания и навыки специалистов, ориентированные на принятие, подвергаются настоящим испытаниям. В диалоге с родителями нужно шаг за шагом настраиваться на совместный путь к инклюзивному сосуществованию. Первый шаг — полное принятие и понимание специалистами родительских чувств — ярости, отчаяния, тревоги, которые возникли после рождения ребенка с серьезной ограниченностью. Ведь папы и мамы остались один на один с поставленным диагнозом и перечнем терапевтических процедур, который им предстоит пройти. Только при этом условии (принятии и понимании) родители смогут доверять специалистам и будут открыты для дальнейшей работы.

Инклюзивная педагогика возможна только при тесном сотрудничестве с родителями. Папы и мамы должны с самого начала участвовать в смене парадигмы от интеграции к инклюзии, чтобы поддерживать этот процесс. Исследования подтверждают — внедрение инклюзивного образования детей и связанное с этим принятие решений может удаваться лучше, если педагогический коллектив непрерывно обменивается опытом с родителями, признавая их экспертами в части знания потребностей своих детей и привлекая их к участию. Благодаря живому сотрудничеству и доверительным отношениям с родителями педагоги могут, во-первых, противостоять их неуверенности и страху, а во-вторых, использовать их знания и навыки общения с ребенком в своей работе. Родители, в свою очередь, справедливо ожидают от инклюзии то, что их ребенок будет находиться и развиваться в коллективе сверстников, семья сможет свободно общаться в кругу друзей и родственников, и что немаловажно, все это будет происходить при участии специалистов.

Что требуется коллективу на пути к инклюзии?

Одну группу в детском саду могут посещать разные дети — с особенностями развития и без, с ограниченными возможностями и здоровые, воспитывающиеся в разных условиях и так далее. Это требует от всех педагогов кропотливой совместной работы, постоянного самосовершенствования и самоанализа поведения относительно собственного отношения к индивидуальной разнице, разносторонней педагогической практики, высокой компетенции, желания и способности работать в коллективе.

Подчеркнем, что инклюзия вовсе не означает, что посещающие детский сад дети больше не нуждаются в коррекционно-педагогических услугах и терапевтической поддержке. Напротив, возможно в будущем в детских учреждениях с инклюзией будут работать специалисты разного профиля, их совместная деятельность, опыт и знания будут направлены именно на индивидуальную поддержку и обучение самых разных детей.

Таким образом, создавая инклюзивное детское учреждение, нужно предъявлять достаточно высокие требования к компетенции и квалификации педагогов, и в процессе работы стимулировать их к постоянному повышению профессионального уровня.

Исследования отношений специалистов в сфере образования к инклюзии показали, что на педагогов существенно влияют полученный ранее опыт, квалификация, но, в первую очередь, его собственная принципиальная позиция и восприятие происходящего. Поэтому процесс перехода от интеграции к инклюзии требует не только готовности педагогов вновь и вновь анализировать собственную компетенцию, но и ее развития. Для этого каждому специалисту необходимо предоставить возможность и время, чтобы он мог постоянно повышать профессиональный уровень и проводить самоанализ, посещая, например, уроки коллег-учителей, обмениваться опытом с другими учреждениями, сотрудничать с вышестоящими профильными организациями. Специалисты в области инклюзивного образования настоятельно рекомендуют проводить в детских образовательных учреждениях профессиональные консультации для педагогических коллективов с участием внешних экспертов (например, коррекционно-педагогических служб раннего развития). Педагоги должны идти в ногу со временем, учитывать в своей работе новые требования, которые предъявляет инклюзивная педагогика к учреждениям образования.

Заключение

Инклюзия — не новомодное слово, и она не заменяет собой понятие интеграция. Инклюзия — продолжение интеграции, она опирается на интеграционные структуры мышления, действия и организации. Инклюзия — это непрерывный и открытый процесс, в котором совместно участвуют семья, педагогический коллектив и специалисты разного профиля. Цель процесса инклюзии: обнаружение и снижение барьеров на пути к совместному образованию, воспитанию и обслуживанию самых разных детей. Согласно Индексу инклюзии, процесс инклюзии можно разделить на следующие составляющие:

1. Развитие инклюзивной культуры

Речь идет о формировании надежного, уважительного, совместного и стимулирующего сообщества, в котором инклюзивные ценности и принципы являются руководством к действию. К числу таких принципов относятся, например, равенство, социальное участие, внимание к разнородности, доверие, сопереживание и упорство.

2. Внедрение инклюзивного руководства

Руководство по инклюзии содержит план действий, направленный на способность учреждения принимать в своих стенах самых разных детей. Его цель — создание заведения, которое будет доступно для всех, где не будет преград для игр, учебы и общения. При этом нужно активно бороться с процессами исключения и существующими предрассудками.

3. Развитие инклюзивной практики.

Инклюзивная практика представляет собой действия, которые отражают инклюзивную культуру и руководство. С одной стороны, это предложения об образовании, которые учитывают особенности всех детей и побуждают их вступать в диалог с группой. С другой стороны, инклюзивная практика нацелена на мобилизацию всех ресурсов внутри и за пределами учреждения, чтобы, например, приспособить пространственное и материальное оснащение к потребностям группы, использовать в коллективе существующие профессиональные знания и создавать социальные сообщества.

Полученные с опытом работы результаты показывают, что инклюзия требует профессиональности на всех уровнях и повышает требования к педагогам, профессиональным консультантам, специализированным службам, финансирующим организациям, а также к детям и родителям. Перед детскими садами ставится задача: постепенно внедрять в педагогическую практику основы инклюзивной системы образования, которые охватывают всех детей и родителей. Инклюзивное мышление и работа означает, что нужно не ждать того, что дети и родители приспособятся, а открывать учреждения, соответствующие их возможностям, учитывающие индивидуальные потребности детей и родителей.

Сегодня мы находимся в начале пути от интеграции к инклюзии — процесса, который начался на всех уровнях общества и должен последовательно продолжаться, чтобы достичь цели инклюзивной системы образования.

Д-р Моника Вертфайн, д-р Ютта Леман